Как нефть и газ превратили Норвегию в богатую страну

Географическое открытие на дне Северного моря

До середины двадцатого века геологи считали шельф вокруг Скандинавии бесперспективным для поиска углеводородов. Норвежская экономика держалась на рыболовстве, судоходстве, заготовке леса и гидроэнергетике. Страна обеспечивала себе средний европейский уровень жизни, но о статусе одного из богатейших государств мира речи не шло.

Ситуация резко изменилась в 1959 году, когда в нидерландском Гронингене нашли крупное месторождение природного газа. Геологи предположили, что аналогичные осадочные бассейны тянутся дальше на север под воду. В 1963 году Норвегия провозгласила суверенитет над своим континентальным шельфом, а через пару лет разделила акваторию Северного моря с Великобританией и Данией по принципу срединной линии. Границы провели строго посередине между побережьями стран.

Норвежский сектор шельфа оказался колоссальным по площади. В конце 1969 года американская буровая компания Phillips Petroleum открыла историческое месторождение Экофиск. Оно вошло в число крупнейших нефтяных бассейнов планеты. Вслед за ним норвежцы обнаружили месторождения Статфьорд, Озеберг, Тролль и Снорре, где залегали триллионы кубометров природного газа и миллиарды баррелей нефти.

Как государство подчинило нефть своим правилам

В Осло быстро осознали риски бесконтрольной добычи полезных ископаемых. Власти отказались от идеи просто раздать концессии зарубежным гигантам вроде Exxon или Shell за скромную арендную плату. Парламент разработал так называемые десять нефтяных заповедей, закрепивших безусловный контроль общества над национальными богатствами.

Для защиты национальных интересов норвежское правительство выстроило устойчивую систему управления недрами.

• Создали государственную компанию Statoil, которая сейчас называется Equinor, с обязательной долей участия во всех проектах освоения шельфа.
• Установили налоговую ставку на добычу нефти и газа на уровне 78 процентов, забирая львиную долю сверхприбыли напрямую в государственную казну.
• Обязали иностранные корпорации привлекать норвежских подрядчиков и нанимать местных инженеров, что вызвало бурный технологический рост внутреннего машиностроения.
• Разделили коммерческую добычу и надзорные функции между независимыми государственными ведомствами, исключив вероятность коррупционного сговора чиновников с нефтяниками.

Защита экономики от голландской болезни

Огромный приток валюты несет серьезную опасность для любой страны. Когда в бюджет одномоментно приходят миллиарды долларов от продажи сырья, национальная валюта резко дорожает. Из-за этого товары местных заводов и фермеров становятся слишком дорогими за рубежом, промышленность умирает, а инфляция съедает сбережения граждан. Такое явление экономисты называют голландской болезнью.

Норвежцы решили эту проблему радикально. Они законодательно запретили закачивать нефтяные доходы напрямую во внутреннюю экономику. В 1990 году парламент утвердил создание Государственного нефтяного фонда, который сегодня официально называется Государственным пенсионным фондом Глобал.

Каждый доллар от продажи углеводородов и сбора шельфовых налогов отправляется за пределы Норвегии. Фонд покупает акции тысяч мировых корпораций, облигации иностранных государств и недвижимость в крупнейших мировых столицах. Экономика страны внутри функционирует за счет обычных налогов граждан и предприятий, оставаясь защищенной от колебаний цен на сырьевом рынке.

Каких результатов удалось достичь

К началу двадцатых годов двадцать первого века суверенный фонд Норвегии превысил объем в полтора триллиона долларов. На каждого норвежского гражданина, включая младенцев, приходится более двухсот семидесяти тысяч долларов накопленных активов. Фонд владеет примерно полутора процентами всех публично торгуемых акций планеты, получая регулярные дивиденды от мирового бизнеса.

Норвегия сохранила высокую продолжительность жизни, развитую экологическую инфраструктуру и мощную систему социального обеспечения. Доходы от продажи природного газа в страны Евросоюза помогли профинансировать масштабный переход на зеленую энергетику внутри самой Норвегии, где электричество вырабатывают преимущественно горные гидроэлектростанции.