Почему Калифорния горит каждый год

Климатический капкан средиземноморского типа

Большая часть штата лежит в зоне средиземноморского климата. Это редкий тип климата, который охватывает всего около двух процентов суши планеты. Его главная черта заключается в строгом разделении года на два сезона. Вся влага выпадает зимой и ранней весной, когда тихоокеанские циклоны приносят дожди. С мая по октябрь дожди прекращаются практически полностью, а температура держится на высоком уровне.

Зимняя влага запускает взрывной рост растительности. За несколько месяцев склоны холмов покрываются плотным слоем трав и кустарников чапараля. Чапараль состоит из жестколистных вечнозеленых растений вроде аденостомы, дуба кустарникового и манзаниты. Листья этих растений содержат высокую концентрацию смол и эфирных масел, которые снижают испарение воды в жару, но делают древесину крайне горючей.

К концу лета калифорнийские холмы превращаются в склад готового сухого топлива. Влажность мертвой древесины и прошлогодней травы в августе и сентябре опускается ниже пяти процентов. Для сравнения, влажность древесины в мебельном производстве держится в районе восьми процентов. Любая искра в таких условиях моментально превращается в открытое пламя.

Фёновый эффект ветров Санта-Ана и Диабло

Калифорнийские пожары достигают катастрофических масштабов именно осенью, когда начинает действовать особый барический механизм. Осенью над холодными высокогорными пустынями Большого Бассейна в штатах Невада и Юта формируется мощный антициклон. Воздух с этой области высокого давления устремляется в сторону Тихого океана, где давление значительно ниже.

На пути к побережью воздушные массы преодолевают горные хребты Сьерра-Невада, Сан-Габриель и Сан-Бернардино. Переваливая через вершины, холодный пустынный воздух начинает скатываться в калифорнийские долины. Это классический пример фёна — нисходящего теплого и сухого ветра. По законам адиабатического сжатия, опускаясь каждые 1000 метров, воздух нагревается примерно на 10 градусов Цельсия.

Пройдя через узкие горные перевалы и каньоны, ветер резко ускоряется благодаря эффекту Вентури. В Южной Калифорнии этот поток называют ветром Санта-Ана, в районе залива Сан-Франциско — ветром Диабло. Порывы ветра достигают 30-40 метров в секунду. Относительная влажность воздуха при этом падает до критических значений в один-два процента. Нагретый сухой воздух работает как промышленный фен, мгновенно вытягивая остатки влаги из растительности.

Вмешательство человека и парадокс Смоки Беара

Огонь всегда был естественной частью экосистем Калифорнии. Местные растения эволюционировали вместе с пожарами. Шишки сосны скрученной и кипариса Сарджента раскрываются только под действием экстремального жара, освобождая семена для прорастания на голой золе. Семена многих трав чапараля десятилетиями лежат в почве и прорастают исключительно после температурного шока и воздействия химических веществ из древесного дыма.

До прихода европейцев коренные народы практиковали так называемое культурное выжигание. Индейцы намеренно поджигали траву низовым огнем в прохладные месяцы. Это очищало подлесок, уничтожало вредителей и не позволяло сухому материалу скапливаться в смертельных объемах. Леса оставались разреженными, а пламя не поднималось в кроны деревьев.

Ситуация изменилась в двадцатом веке с созданием Лесной службы США. Власти запустили знаменитую кампанию с медведем Смоки и приняли доктрину полного тушения пожаров. По правилу 10:00 утра любое возгорание предписывалось подавлять к утру следующего дня. Это привело к парадоксу, который экологи называют парадоксом пожаротушения. Успешное гашение каждого малого огня на протяжении ста лет привело к накоплению огромного объема горючих материалов на гектар. Леса стали чрезмерно густыми, поэтому сегодня каждый начавшийся пожар превращается в верховой огненный шторм небывалой мощности.

Зона WUI и источники воспламенения

Молнии служат причиной лишь небольшой части калифорнийских возгораний. По данным департамента лесного хозяйства и противопожарной защиты Калифорнии (Cal Fire), более девяноста процентов пожаров начинаются по вине человека. При этом речь идет не только об умышленных поджогах или непотушенных кострах.

Главный фактор риска связан с концепцией WUI (Wildland-Urban Interface) — зоной контакта дикой природы и городской застройки. Калифорния пережила колоссальный рост населения и строительный бум. Миллионы людей переселились из душных мегаполисов на живописные лесистые холмы и в каньоны, прямо в сердце пожароопасных экосистем. Строительство домов среди сухого кустарника многократно умножило число угроз.

• Обрывы старых линий электропередач при сильных порывах ветра, вызвавшие крупнейшие пожары Camp Fire в 2018 году и Dixie Fire в 2021 году.
• Искры от автомобильных тормозов, спущенных колесных дисков и глушителей на придорожных участках трасс.
• Работа строительной техники, садовой бензиновой аппаратуры и газонокосилок в сухую жаркую погоду.
• Неосторожное обращение с бытовой пиротехникой, включая сигнальные дымовые шашки на семейных праздниках.

Комплекс причин в сравнении с другими регионами

Чтобы понять уникальность ситуации в Калифорнии, полезно сопоставить ее с сибирской тайгой или лесами Амазонии. В Сибири лесные пожары носят циклический характер и возникают преимущественно от сухих гроз в труднодоступных ненаселенных районах. В Амазонии тропический дождевой лес не горит сам по себе, там фермеры преднамеренно поджигают массивы ради расчистки пастбищ.

Калифорнийский кризис формируется одновременным наложением нескольких природных и техногенных сил. Это регулярный шестимесячный период без капли дождя, специфическая смолистая растительность чапараля, горный рельеф, разгоняющий сухой ветер до ураганных скоростей, и плотная инфраструктура, врезанная прямо в природный массив. Когда все компоненты сходятся во времени в октябре или ноябре, возгорание становится неизбежным математическим фактом.